Попович кровавый век


Читать онлайн "Кровавый век" автора Попович Мирослав Владимирович - RuLit

Мирослав Попович

Кровавый век

© М. В. Попович, 2005

Вместо вступления

Во вступлении к книге следует определить проблему, которую автор собирается решить, очертить задачи, которые он ставил перед собой, охарактеризовать методику их решения, дать общую характеристику литературы, посвященной этой проблеме, указать, что уже сделано и что осталось невыясненным. Всего этого во вступлении нет, потому что издание, предлагаемое читателю, не имеет таких четко обозначенных задач.

Книга посвящена XX веку. Но название не значит, что прошлый век был только кровавым; он был очень разнообразным, а закончился вообще чрезвычайной пестротой. Я писал эту книгу о красном, кровавом веке, потому что для нас он был главным образом таким.

Для меня, как автора, этот век – моя жизнь. Я помню бо́льшую половину его, а жизнь моих отца и матери началась почти вместе с ним. Появятся авторы, которые лучше меня изобразят все, что происходило между началом и концом XX века, но у меня есть одно преимущество: я жил в это время, и все прошло сквозь мое сердце. Я не помню первого кризиса века – Первой мировой войны, но много слышал о тех годах от моих старших современников и переживал непосредственные последствия того кризиса. Я очень хорошо познал на себе второй кризис столетия – Отечественную войну, как ее называли. Третьим кризисом была так называемая «холодная война», и здесь я уже был активным участником многих событий.

Всю жизнь мне прежде всего хотелось понять мир, в котором я живу. Моей профессией стала достаточно общая и абстрактная дисциплина – логика и философия науки. Но, честно говоря, и меня, и большинство моих коллег эта сухая область знаний занимала в первую очередь потому, что давала наилучшие позиции для понимания даже очень далеких от науки вещей. Те горизонты, которые мне открывались, я хотел бы показать другим.

Поэтому я не могу очертить ни предмета, ни метода исследования, ни жанра вообще. Могу только сказать, чем не является эта книга. Она не является историей «кровавого века». Я бы хотел написать что-то похожее на философию истории, наподобие того, как мы в своей профессиональной сфере пишем о философии науки. Это не должно быть изложением хода событий. Конечно, исторических фактов, реконструкции исторических событий здесь не избежать. Но я хотел бы касаться фактов только в той мере, в какой они нужны для главной цели. А главная цель – понять смысл истории нашего времени.

Возможно ли это? Имеет ли история смысл вообще? Я надеюсь, что да. И пытался найти эти смыслы и рассказать о них.

Книга преднамеренно писалась как совокупность отдельных частей. С точки зрения взыскательного читателя, она грешит фрагментарностью, даже непоследовательностью, автор постоянно отвлекался и сворачивал на окольные пути. Я учитываю подобное недовольство и предлагаю читателю знакомиться с теми страницами, которые для него будут интересными. Книгу можно читать и так. Ее можно вообще не читать, ограничившись иллюстрациями, которые, сознаюсь, я отбирал давно и тщательно.

Но, честно говоря, эти разрозненные фрагменты все же обладают последовательностью и логикой. Надеюсь, что можно прочитать книгу целиком, без спешки и детективного азарта, но с интересом – если читатель не безразличен к ее тематике. Не уверен, что конкретные обстоятельства моего времени будут такими же интересными для тех, кто вошел в новый век и тысячелетие молодым. Но в конечном итоге это книга об исторических смыслах, то есть в конечном счете – о добре и зле.

Чем старше я становлюсь, тем чаще в моем воображении возникает образ одной девочки, которую я почти не помню. Ее звали Светлана Коростий. Отец ее, Савелий Павлович, был учителем в средней школе № 1 города Заслава, в которой работали и мои родители; молодым мужчиной он влюбился в свою ученицу, они поженились и были счастливы. Перед войной Савелия Павловича призвали в армию на переподготовку, и он так и остался служить командиром-танкистом. С молодой женой они отправились в часть, а дочь на время оставили у родителей матери. Потом началась война, пришли оккупанты и дедушку, бабушку, а с ними и маленькую Светлану расстреляли, потому что мама ее была еврейкой. И генерал-майор Коростий, и его жена Рита Яковлевна всю свою жизнь провели в страданиях, которым не было конца.

Когда я вижу, как маленький ребенок закрывает глаза, потому что ему кажется страшным какой-то мультик, я всегда думаю об этой девочке. Она не могла закрыться от зла ручками. Мы были бессильны ей помочь.

Я хотел бы, чтобы люди XXI века не чувствовали такого бессилия. Для этого нам и нужно знать как можно больше и глубже об источниках зла и добра.

www.rulit.me

Мирослав Попович - Кровавый век

Книга "Кровавый век" посвящена ключевым событиям XX столетия, начиная с Первой мировой войны и заканчивая концом так называемой "холодной войны". Автор, более известный своими публикациями по логике и методологии науки, теории и истории культуры, стремился использовать результаты исследовательской работы историков и культурологов для того, чтобы понять смысл исторических событий, трагизм судеб мировой цивилизации, взглянуть на ход истории и ее интерпретации с философской позиции. Оценка смысла или понимание истории, по глубокому убеждению автора, может быть не только вкусовой, субъективной и потому неубедительной, но также обоснованной и доказательной, как и в естествознании. Обращение к беспристрастному рациональному исследованию не обязательно означает релятивизм, потерю гуманистических исходных позиций и понимание человеческой жизнедеятельности как "вещи среди вещей". Более того, последовательно объективный подход к историческому процессу позволяет увидеть трагизм эпохи и оценить героизм человека, способного защитить высокие ценности.

Содержание:

Мирослав ПоповичКровавый век

Вместо вступления

Во вступлении к книге следует определить проблему, которую автор собирается решить, очертить задачи, которые он ставил перед собой, охарактеризовать методику их решения, дать общую характеристику литературы, посвященной этой проблеме, указать, что уже сделано и что осталось невыясненным. Всего этого во вступлении нет, потому что издание, предлагаемое читателю, не имеет таких четко обозначенных задач.

Книга посвящена XX веку. Но название не значит, что прошлый век был только кровавым; он был очень разнообразным, а закончился вообще чрезвычайной пестротой. Я писал эту книгу о красном, кровавом веке, потому что для нас он был главным образом таким.

Для меня, как автора, этот век – моя жизнь. Я помню бо́льшую половину его, а жизнь моих отца и матери началась почти вместе с ним. Появятся авторы, которые лучше меня изобразят все, что происходило между началом и концом XX века, но у меня есть одно преимущество: я жил в это время, и все прошло сквозь мое сердце. Я не помню первого кризиса века – Первой мировой войны, но много слышал о тех годах от моих старших современников и переживал непосредственные последствия того кризиса. Я очень хорошо познал на себе второй кризис столетия – Отечественную войну, как ее называли. Третьим кризисом была так называемая "холодная война", и здесь я уже был активным участником многих событий.

Всю жизнь мне прежде всего хотелось понять мир, в котором я живу. Моей профессией стала достаточно общая и абстрактная дисциплина – логика и философия науки. Но, честно говоря, и меня, и большинство моих коллег эта сухая область знаний занимала в первую очередь потому, что давала наилучшие позиции для понимания даже очень далеких от науки вещей. Те горизонты, которые мне открывались, я хотел бы показать другим.

Поэтому я не могу очертить ни предмета, ни метода исследования, ни жанра вообще. Могу только сказать, чем не является эта книга. Она не является историей "кровавого века". Я бы хотел написать что-то похожее на философию истории, наподобие того, как мы в своей профессиональной сфере пишем о философии науки. Это не должно быть изложением хода событий. Конечно, исторических фактов, реконструкции исторических событий здесь не избежать. Но я хотел бы касаться фактов только в той мере, в какой они нужны для главной цели. А главная цель – понять смысл истории нашего времени.

Возможно ли это? Имеет ли история смысл вообще? Я надеюсь, что да. И пытался найти эти смыслы и рассказать о них.

Книга преднамеренно писалась как совокупность отдельных частей. С точки зрения взыскательного читателя, она грешит фрагментарностью, даже непоследовательностью, автор постоянно отвлекался и сворачивал на окольные пути. Я учитываю подобное недовольство и предлагаю читателю знакомиться с теми страницами, которые для него будут интересными. Книгу можно читать и так. Ее можно вообще не читать, ограничившись иллюстрациями, которые, сознаюсь, я отбирал давно и тщательно.

Но, честно говоря, эти разрозненные фрагменты все же обладают последовательностью и логикой. Надеюсь, что можно прочитать книгу целиком, без спешки и детективного азарта, но с интересом – если читатель не безразличен к ее тематике. Не уверен, что конкретные обстоятельства моего времени будут такими же интересными для тех, кто вошел в новый век и тысячелетие молодым. Но в конечном итоге это книга об исторических смыслах, то есть в конечном счете – о добре и зле.

Чем старше я становлюсь, тем чаще в моем воображении возникает образ одной девочки, которую я почти не помню. Ее звали Светлана Коростий. Отец ее, Савелий Павлович, был учителем в средней школе № 1 города Заслава, в которой работали и мои родители; молодым мужчиной он влюбился в свою ученицу, они поженились и были счастливы. Перед войной Савелия Павловича призвали в армию на переподготовку, и он так и остался служить командиром-танкистом. С молодой женой они отправились в часть, а дочь на время оставили у родителей матери. Потом началась война, пришли оккупанты и дедушку, бабушку, а с ними и маленькую Светлану расстреляли, потому что мама ее была еврейкой. И генерал-майор Коростий, и его жена Рита Яковлевна всю свою жизнь провели в страданиях, которым не было конца.

Когда я вижу, как маленький ребенок закрывает глаза, потому что ему кажется страшным какой-то мультик, я всегда думаю об этой девочке. Она не могла закрыться от зла ручками. Мы были бессильны ей помочь.

Я хотел бы, чтобы люди XXI века не чувствовали такого бессилия. Для этого нам и нужно знать как можно больше и глубже об источниках зла и добра.

Раздел IПервый кризис западной цивилизации – мировая война

Далее, коммунистов упрекают, будто они хотят отменить отчизну, национальность. Рабочие не имеют отчизны. У них нельзя отнять то, чего у них нет.

К. Маркс, Ф. Энгельс. Манифест Коммунистической партии.

Уже Парижская коммуна объявила себя родиной всех трудящихся. Поэтому СССР является родиной мирового пролетариата и трудящихся всего мира. Пролетариат не знает территориальных границ, потому что он не противопоставляет (как буржуазные патриоты) одну страну другой. Он знает социальные границы, противопоставляет один общественный строй – диктатуру пролетариата – другому строю – диктатуре буржуазии. Поэтому каждая страна, которая осуществляет социалистическую революцию, входит в СССР.

Вольфсон М. Патриотизм. – Малая советская энциклопедия. – М., 1931. – Т. 6. – С. 356.

Первая мировая катастрофа

Призрак коммунизма пришел

В середине XIX века в "Манифесте Коммунистической партии" основатели нового движения Маркс и Энгельс написали страшные слова: "Призрак бродит по Европе, призрак коммунизма".[1] Почему именно призрак, мифическое существо, которое приходит к людям из "того мира"? По-видимому, мрачных коннотаций этого слова основоположники не замечали, но подчеркивали в следующем же предложении, что все силы "старой Европы" объединились для "священной травли" симпатичного призрака. В заключительной фразе "Манифеста" снова прозвучали угрожающие ноты, мотивы насилия и ужаса. "Коммунисты считают презренным делом скрывать свои взгляды и намерения. Они открыто заявляют, что их цели могут быть достигнуты лишь путем насильственного ниспровержения всего существующего общественного строя. Пусть господствующие классы содрогаются перед Коммунистической Революцией. Пролетариям нечего в ней терять, кроме своих цепей. Приобретут же они весь мир. Пролетарии всех стран, соединяйтесь!"

Под знаком этих грозных пророчеств прошел почти весь XX век.

Незадолго до своей смерти, после неудач Коммунистической Революции в Европе, Ленин определил стратегическую перспективу таким образом:

profilib.com

Скачать Попович Мирослав - Кровавый век (fb2)

Попович Мирослав

Рейтинг книги

0.00

(оценок&nbsp&lt&nbsp5)

0 10

Книга «Кровавый век» посвящена ключевым событиям XX столетия, начиная с Первой мировой войны и заканчивая концом так называемой «холодной войны». Автор, более известный своими публикациями по логике и методологии науки, теории и истории культуры, стремился использовать результаты исследовательской работы историков и культурологов для того, чтобы понять смысл исторических событий, трагизм судеб мировой цивилизации, взглянуть на ход истории и ее интерпретации с философской позиции. Оценка смысла или понимание истории, по глубокому убеждению автора, может быть не только вкусовой, субъективной и потому неубедительной, но также обоснованной и доказательной, как и в естествознании. Обращение к беспристрастному рациональному исследованию не обязательно означает релятивизм, потерю гуманистических исходных позиций и понимание человеческой жизнедеятельности как «вещи среди вещей». Более того, последовательно объективный подход к историческому процессу позволяет увидеть трагизм эпохи и оценить героизм человека, способного защитить высокие ценности.

У підручнику поданий систематизований виклад подій історії України, що охоплюють період між двома світовими війнами (1914-1939 рр.). В цей час Україна пройшла складний і важкий шлях від розчленованої між двома імперіями території до об’єднаної, проте лише формально незалежної республіки тоталі...

2003 год

6.43 МБ

7.1

скачиваний: 2727

В книге, которую вы держите в руках, известный документалист Игорь Прокопенко собрал самые разные версии и гипотезы современных ученых о том, как на самом деле жили наши предки. Порой эти версии могут показаться фантастическими, но день за днем наука совершает сенсационные открытия, которые меняют к...

2015 год

4.48 МБ

8.8

скачиваний: 5163

В учебнике члена-корреспондента РАН, директора Института российской истории РАН А.Н. Сахарова дается широкая панорама истории нашего Отечества как полноправного участника мирового и европейского цивилизационного процесса. Автор детально освещает политическую историю страны, рассматривает вопросы ее ...

2003 год

6.36 МБ

7.4

скачиваний: 3085

Пособие написано коллективом молодых ученых в соответствии с современными требованиями программы вступительных экзаменов в вузы страны. Не скованные прежними стереотипами, авторы по-новому подошли к изложению исторического развития нашего Отечества, учли последние достижения российского и зарубежног...

1995 год

13.91 МБ

6.7

скачиваний: 3283

«Страна, которую мы называем Древней Русью, так сильно отличалась от России послемонгольской эпохи, что через толщу минувших столетий кажется нам какой-то сгинувшей, легендарной Атлантидой… Был ли на самом деле Рюрик? Приглашали ли славяне варягов? Прибивал ли Олег щит на врата Цареград...

2014 год

1.48 МБ

0.0

скачиваний: 4407

Учебник, созданный учеными-историками, предназначен для использования в 9 классе по курсу отечествен-ной истории. В нем освещены предусмотренные школьной программой основные проблемы истории России XX века.

1995 год

2.6 МБ

7.4

скачиваний: 3640

"Самая известная книга Светланы Алексиевич и одна из самых знаменитых книг о Великой Отечественной, где война впервые показана глазами женщины. «У войны — не женское лицо» переведена на 20 языков, включена в школьную и вузовскую программу.На самой страшной войне XX века женщин...

2004 год

1.33 МБ

7.1

скачиваний: 2648

Книга известного телеведущего Игоря Прокопенко даст вам возможность по-новому увидеть и, возможно, оценить или переоценить существующие стереотипы, которые сложились вокруг Советского Союза. По какому пути пошла бы наша страна сто лет назад, если бы не было Ленина? Почему великий вождь пролетариат...

2016 год

3.87 МБ

0.0

скачиваний: 3351

Фундаментальный трехтомный труд Фернана Броделя представляет собой всестороннее исследование экономической жизни человечества в переломную для его судеб эпоху становления капиталистических отношений. Первый том, названный "Структуры повседневности: возможное и невозможное", посвящен разли...

1986 год

31.25 МБ

7.5

скачиваний: 2997

В заключительном томе своего труда Фернан Бродель излагает мировую экономическую историю, "организовав" ее во времени и пространстве. Она предстает как чередование господства нескольких миров-экономик, объединенных не только единым центром, но и едиными временными ритмами. Рассматривая при...

1992 год

19.64 МБ

7.1

скачиваний: 1981

mexalib.com

скачать бесплатно fb2, txt, epub, pdf, rtf и без регистрации

  • Просмотров: 5518

    Земное притяжение

    Татьяна Устинова

    Их четверо. Летчик из Анадыря; знаменитый искусствовед; шаманка из алтайского села; модная…

  • Просмотров: 2600

    Отдай мое сердце

    Макс Фрай

    Когда тебя просят отдать чье-то сердце, предполагается, что ты его перед этим похитил. Похитить…

  • Просмотров: 2337

    Садовые чары

    Сара Аллен

    В саду за высокой оградой стоит фамильный дом Уэверли. Среди прочих чудесных растений в этом саду…

  • Просмотров: 2279

    Тайны Апокалипсиса

    Игорь Прокопенко

    Известный телеведущий Игорь Прокопенко в своей новой книге обращается к анализу тех угроз, которые…

  • Просмотров: 2173

    Земля лишних. Побег

    Андрей Круз

    Новый мир – неважно, как ты сюда попадешь, по доброй воле или вот, как Александр Баринов, бежав из…

  • Просмотров: 1843

    Закон молодильного яблочка

    Дарья Донцова

    Виола Тараканова собралась замуж за своего верного Степана! Пока жених в командировке, невеста…

  • Просмотров: 1750

    Ведьма в шоколаде

    Ольга Пашнина

    Добро пожаловать в лавку «Ведьма в шоколаде»! Желаете чего-нибудь к чаю? Вы пришли по адресу! В…

  • Просмотров: 1554

    Я – «Дракон». Атакую!..

    Евгений Савицкий

    «В чем человеческая красота? На каких дорогах искать счастье? Чего требовать от жизни◦– малого или…

  • Просмотров: 1535

    Искупление вины

    Евгений Сухов

    В Вологодскую область заброшена немецкая диверсионная группа. Ее командир, бывший сержант РККА…

  • Просмотров: 1409

    Тамплиер. На Святой Руси

    Юрий Корчевский

    Продолжение бестселлера «Тамплиер. На святой земле». С боем вырвавшись из осажденного мамелюками…

  • Просмотров: 1158

    Группа крови

    Александр Афанасьев

    30-е годы XXI века. Сбылась мечта патриотов – США больше нет. Еще недавно всесильная сверхдержава…

  • Просмотров: 1002

    Неудержимая. Моя жизнь

    Мария Шарапова

    Перед вами первая автобиография Марии Шараповой – прославленной теннисистки, пятикратной…

  • Просмотров: 952

    Руки оторву!

    Ульян Гарный

    Продолжение увлекательного и потрясающе смешного романа «Ни слова правды»! Козлоголовый демон,…

  • Просмотров: 860

    365 салатов и закусок на каждый день

    Юлия Высоцкая

    Салаты и закуски, приготовленные по рецептам из телепрограмм «Едим Дома!» и «Завтрак с Юлией…

  • Просмотров: 823

    Охотник на кроликов

    Ларс Кеплер

    “Охотник на кроликов” продолжает цикл романов об уникальном сыщике Йоне Линне. Перед нами шестая…

  • Просмотров: 799

    Королевская кровь. Медвежье солнце

    Ирина Котова

    Свадьба – самый счастливый день в жизни каждой девушки. Но станет ли он счастливым для принцессы…

  • Просмотров: 794

    Заклинатель драконов

    Анастасия Вернер

    Они оба живут двойной жизнью. Днем она – Марита Хорвин, дочь разорившегося графа. Ночью – Джон Рут,…

  • Просмотров: 784

    Око разума

    Дуглас Ричардс

    Он пришел в себя в мусорном баке, ничего не помня о том, как попал сюда. Чуть позже он обнаружил,…

  • Просмотров: 768

    Секретарь палача

    Валентина Савенко

    Когда Арлину, осужденную за покушение на жизнь мага, навещает незнакомец и предлагает стать своим…

  • Просмотров: 759

    Что скрывают красные маки

    Виктория Платова

    Виктория Платова – писатель с уникальным взглядом на жанр детективного романа. Избегающая штампов и…

  • Просмотров: 739

    Демон никогда не спит

    Наталья Александрова

    Долгие века древнее арийское племя таится от людей, ведь ему доверено великое сокровище – кинжал…

  • Просмотров: 725

    Calendar Girl. Лучше быть, чем казаться (сборник)

    Одри Карлан

    Все очень просто. Мне нужен миллион долларов. Именно столько я должна заплатить за жизнь своего…

  • Просмотров: 725

    Одержимость

    Нора Робертс

    Детство Наоми Боуз закончилось в тот момент, когда однажды ночью она решила узнать, куда отправился…

  • Просмотров: 724

    Пожарный

    Джо Хилл

    Никто не знает, где и когда это началось. Новая эпидемия распространяется по стране, как лесной…

  • iknigi.net

    Читать онлайн "Кровавый век" автора Попович Мирослав Владимирович - RuLit

    Главное в тех процессах, которые позже назвали Великой Октябрьской социалистической революцией, можно просуммировать одним словом: развал. Октябрьский переворот состоялся в обстановке развала российской государственности, когда власть буквально валялась на улице. Но шла речь не о том, чтобы ее поднять. Октябрьский переворот был авантюрой, осуществить которую смогли лишь умные и волевые игроки.

    Решение о восстании было принято на подпольном заседании ЦК партии большевиков 23 (10) октября 1917 г. На нем присутствовали из членов ЦК Ленин, Троцкий, Каменев, Зиновьев, Сталин, Свердлов, Бубнов, Ломов, Сокольников, Дзержинский, Урицкий и Коллонтай. Только двое – Каменев и Зиновьев – высказались против восстания. Это общеизвестно. Но обратим внимание на то, что Ленин одержал победу благодаря ультралевым коммунистам младшего поколения, которые стали его горячими оппонентами уже через три-четыре месяца при обсуждении вопроса о мире с Германией. Без их поддержки в октябре он не преодолел бы сопротивления правого крыла.

    Этих ультралевых в приведенном списке шестеро: Троцкий, Бубнов, Ломов, Дзержинский, Урицкий, Коллонтай. Сокольников скорее был более близок к правым, к Зиновьеву и Каменеву. Только двое – Сталин и Свердлов – поддерживали Ленина во всех ситуациях, как в вопросе о перевороте, так и в вопросе о Брестском мире и мировой пролетарской революции.

    Если же принять во внимание не только «узкий состав ЦК», но и его полный список, то картина становится еще более выразительной. За Лениным безоглядно шли шесть членов ЦК: кроме упомянутых двух провинциальные деятели Артем, Муранов, Берзинь, Шаумян. Правых было тоже шестеро – кроме Каменева и Зиновьева Рыков, Милютин, Ногин, Сокольников (все они были за коалиционное социалистическое правительство). Ультралевых фанатиков мировой революции, будущих противников Бреста, насчитывалось восемь. С учетом также и кандидатов в члены ЦК – еще трое провинциалов за Ленина и еще пятеро ультралевых.

    Ленин провел важнейшие стратегические решения в ЦК, используя его политическую размытость на правое и левое крылья. Опираясь на молодых энтузиастов мировой революции, которые составляли большинство в ЦК, он настоял на перевороте. Через несколько месяцев, имея поддержку правых, он еле-еле добился решения о мире с Германией.

    Троцкий позже писал, что без его помощи Ленин не смог бы настоять на перевороте, но если бы не было Ленина, переворот был бы невозможен.

    Это была политическая игра, которая требовала – в первую очередь от Ленина – большой решительности и продуманного маневра. В результате коммунисты смогли вырвать у российской демократии власть.

    В. И. Ленин

    Нужно было определить слабые места системы российской демократии, которая находилась в распаде и отчаянии, мобилизовать все антиправительственные силы, хаотические и недисциплинированные, нанести удар в самых чувствительных местах – и система развалилась. История прошла через точку бифуркации и реализовала один из возможных вариантов – как оказалось, далеко не наилучший.

    Это была комбинация отважного волевого решения с хаосом обвала, выявившим все линии социальных разломов. И, строго говоря, осуществленный партией Ленина переворот был скорее удавшимся толчком, который свалил российскую общественно-политическую систему в хаос, из которого – не сразу – появился новый порядок.

    В представлении Ленина, укрытого партией от правительственной службы безопасности в петербургских трущобах, Октябрьский переворот был талантливо запланированным и осмысленным революционным пронунциаменто. Благодаря настойчивости и воле Ленина, его практичности и нетерпимости к высоким революционным фразам, переворот действительно приобрел деловые и продуманные черты. Но это была деятельность в мутной воде, где через грязь и пену, поднятые развалом империи, невозможно было ничего разглядеть.

    Если бы вожди большевиков еще в сентябре послушали Ленина и попробовали «разогнать Александринку» (так называемое Демократическое совещание, которое проходило в Александринском дворце), если бы переворот осуществлялся строго по правилам «революционного искусства», о чем Ленин писал и писал своему Центральному комитету, большевиков легко разогнали бы. Мосты и учреждения связи, вокзалы и банк заговорщики смогли захватить с чрезвычайной легкостью благодаря безразличию масс к судьбе демократии и грандиозному обману – они убеждали уставших от войны солдат, что все их действия направлены против тыловиков, генералов и офицеров, желавших отправить гарнизон на фронт. Воспользовавшись бессилием власти, враждебностью солдатской массы к богатеям, офицерам и интеллигентам, большевики провозгласили себя правительством, и теперь для свержения их нужна была такая же революционная ситуация и такое же «революционное искусство». Способных на это сил осенью 1917 г. в России не было.

    www.rulit.me

    Мирослав Попович - Кровавый век

    "Россия – прежнее название страны, на территории которой был образован Союз Советских Социалистических Республик…В исторических трудах часто употребляется термин "Россия" для обозначения совокупности разрозненных и враждующих между собой феодальных княжеств, областей и так далее, которые существовали на территории будущей России в VIII – IX столетиях. Все эти социально-политические образования дворянско-буржуазная историография искусственно объединила в общее национально-государственное целое и выстроила в одну эволюционную линию; такая схема обслуживала классовые цели дворянства и буржуазии, которые стремились доказать "вечность" и "нерушимость" основ самодержавной России. Употребляемые в таком смысле выражения "история России", "русская история", кроме того, прикрывают и оправдывают колониальную политику угнетения и насилия российского самодержавия в отношении нерусских народностей; поэтому само название "русская история" насыщено великодержавным шовинизмом и не может быть принято марксистской историографией. "Термин "русская история" есть контрреволюционный термин одного издания с трехцветным флагом" (М. Н. Покровский)".[361] Тот же автор в статье об истории народов СССР, опять со ссылкой на приведенную цитату из Покровского, отмечает, что, согласно решениям конференции историков-марксистов, контрреволюционные слова "русская история" должны быть заменены марксистскими "история народов СССР". "Октябрьская революция и одно из ее наибольших завоеваний – образование СССР – является центром изучаемого исторического процесса. Каждый народ СССР входит в этот процесс не с того момента, когда колониальная политика царской России путем насилия и захвата ввела его в пределы российского государства-крепостника, а с начального момента своей истории. Рассматривая все эти истории как что-то совокупное, объединяемое в будущем (курсив мой. – М. П.) историческом процессе созданием социалистического союза, мы приходим к необходимости установления особенной схемы "истории народов СССР", заполненной другими темами и намного более богатым классовым содержанием, чем более давняя "русская история".[362] "История народов СССР должна начаться с истории самых древних народов, которые входят в данный момент в состав Советского Союза, поэтому не Поднепровье, а Кавказ является местом изначальной истории народов СССР (курсив мой. – М. П.). Одной из самых древних стран этого района является Грузия, история которой идет далеко в глубь времен".[363]

    Поражает не так подхалимаж, как вся в целом дебильность писаний, от которых веет каким-то шизоидным кошмаром. Говорить о русинах времен Владимира или грузинах времен Саакадзе как о "народах СССР" может только безумец или полный идиот. Не болезненная "сверхидея", а безграничный примитивизм более всего характеризуют "духовную жизнь" эпохи Великого перелома.

    Может казаться, что это политическое направление не совмещается с явно антинациональным, в частности антиукраинским, направлением репрессивной политики этого периода в национальных регионах. Действительно, недаром после успешного завершения "дела СВУ" глава Украинского ГПУ Балицкий был переведен в Москву и вошел в руководящую тройку ОГПУ (Менжинский, Ягода, Балицкий), которая готовила все главные чекистские расправы на рубеже 20–30-х годов XX ст. По сценарию и методике подготовки основные процессы были повторением харьковского. Чекистская операция "Весна" была организована Менжинским и начальником Особого отдела ОГПУ Ольским, а продолжена – его преемником Леплевским, которого Балицкий привез с собой из Харькова в Москву.

    В. А. Балицкий

    Однако с осуждением Ефремова и ведущих украинских интеллигентов, разгромом Всеукраинской академии наук (ВУАН) и ликвидацией Украинской автокефальной церкви не закончилась политика "украинизации" – конец ее приходится на 1933 год – год отставки и самоубийства Скрыпника, год большого Голодомора. До этого времени продолжали писать – согласно решениям Политбюро ЦК КП(б)У – "лямпа" и "кляса", требовали от чиновников знания украинского языка и преподавали предметы на украинском языке в школах и высших учебных заведениях. Большевистская партия не отказалась от видимости защиты "народов СССР", от пережитков российской "колониальной эксплуатации". Радикально изменился "только" уровень и характер культурного движения. Если в 1923–1927 гг. на научную и гуманитарную сферу решающее влияние оказывали признанные интеллигенты национал-демократической ориентации – Агатангел Крымский, Сергей Ефремов, Николай Василенко, Николай Зеров и другие, в терминологии ОГПУ – "монархисты", которым в Москве покровительствовал В. И. Вернадский, а также национал-демократы из круга Михаила Грушевского; если в литературе безграмотным "пролетарским" группкам активно оказывает сопротивление Вольная академия пролетарской литературы (ВАПЛИТЕ) Хвылевого – Кулиша, которая объединяет самых талантливых писателей, – то теперь, в годы Великого перелома, приходит очередь Всеукраинского союза пролетарских писателей (ВУСПП) Ивана Микитенко и "критиков-марксистов", скорее политических доносчиков и погромщиков.

    В России, в сущности, идет тот же процесс нивелировки сознания к уровню булгаковских швондеров и шариковых. В кучу невыразительных аббревиатур врывается "бесклассовый" термин народ, забытый большевиками-марксистами. "Народ" четко противопоставят "дворянско-буржуазным классам", в первую очередь – интеллигенции с ее очками, галстуками и шляпами, утонченной "формалистической" поэзией, оперой и балетом и разными абстрактными математиками. Именно в эти годы громче всего ругают теорию относительности Эйнштейна, математику теории множеств, статистику, генетику и все, что оказалось недосягаемым пролетарскому интеллекту.

    Начинается время проверок научной работы Академии наук бригадами рабочих завода "Арсенал", чисток и покаяний – публичных и тайных, и в городском саду при случайной публике, привлеченной духовым оркестром, и в тесной компании следователей ОГПУ. Теперь чувствуется в "украинизации" что-то ненастоящее и временное, но она пока еще продолжается, как прикрытие новой политики.

    Критикуется "так называемая московская математическая школа". Лузин, который "напечатал… книгу по теории аналитических множеств, книгу, которая не имеет никакого отношения к действительности и трактует об абсолютно непрерывном".[364] Также беспощадно критикуется "так называемая "ленинградская школа" – Гамова, Ландау, Бронштейна, Иваненко".[365] (Автор теории "Большого взрыва Вселенной" физик Г. Гамов, будущий нобелевский лауреат экономист В. Леонтьев, один из ведущих гуманитариев мира Р. Якобсон, родоначальник генетики Тимофеев-Ресовский оказались в эти годы за рубежом.) Остро критикуется Вернадский, который возглавил бунт Всеукраинской академии наук против Скрыпника и других коммунистов, а в 1928 г. стал инициатором провала Деборина и других марксистов на выборах в Академию наук. Подытоживая эти нападки, один из самых образованных среди тех погромщиков, коминтерновец Эрнст Кольман, писал в цитируемой статье, что классовый враг "переходит к новой области борьбы – к борьбе в вопросах науки. В вопросах подготовки кадров он берет курс на таланты".[366] Руководство партии берет курс на посредственности.В 1930 г. организован под руководством Покровского Институт красной профессуры, который должен был комплектоваться в первую очередь из "рабочих, прошедших школу большого производства, которое дает настоящую пролетарскую закалку… Нужно во всех отраслях покончить до конца с остатками и пережитками буржуазных и мелкобуржуазных течений".[367]

    Ситуация в литературе была особенно красноречива.

    Самые талантливеее писатели в СССР считались политически неблагонадежными и были лишены возможности печататься. Анна Ахматова очередной сборник поэзии (после 1923 г.) издала через 17 лет, и решением за подписью секретарей ЦК ВКП(б) этот невинный сборник был запрещен. Осип Мандельштам время от времени печатал переводы, в мае 1928 г. вышли его "Стихотворения", а затем опять – молчание, он даже надолго перестал писать. По просьбе Бухарина в 1929-м поэта устроили на работу в Армении, в 1931 г. он вернулся в Москву, жил у знакомых, часто меняя квартиры, в 1933-м при поддержке Бухарина пытался издать сборник. Его публикация "Путешествие в Армению" того же года вызвала настоящую бурю злобной критики в "Правде", "Литературной газете", "Звезде". Осенью 1933 г. Мандельштам написал антисталинское стихотворение "Мы живем, под собою не чуя страны", а в мае 1934 г. был отправлен в чердынскую ссылку.

    profilib.com

    Мирослав Попович - Кровавый век

    Преследовать Коцюбинского начали одним из первых. Еще перед ленинградским выстрелом, в ноябре 1934 г., его сняли с Госплана и отправили в Москву "в распоряжение ЦК ВКП(б)", там арестовали и приговорили к ссылке за создание "троцкистской организации" среди научных работников и экономистов. Занималось им украинское ГПУ и лично Балицкий. Коцюбинский не отрицал, что до 1930 г. вел определенную оппозиционную деятельность, но от него требовали большего. В октябре 1936 г. Коцюбинский опять был арестован за "террористическую деятельность" и после истязаний "признал" себя виновным в создании организации по поручению Пятакова. Однако на процесс Пятакова его не выпустили – почему-то решено было удовлетвориться письменными "показаниями".

    Юрий Коцюбинский

    За арестом Коцюбинского последовали аресты комкоров Примакова и Путны, которые вместе работали советниками у Фэн Юйсяна. Оба были крайне необходимы в "деле Тухачевского", которое готовилось в Особом отделе НКВД. С назначением в ноябре 1936 г. Леплевского на должность начальника Особого отдела начались исключительно жестокие истязания в Лефортовской тюрьме, которые Виталий Примаков выдерживал вплоть до мая. Потом боевой комкор сломался и дал палачам-садистам Леплевскому и Авсиевичу нужные свидетельства. За несколько недель дело о "военно-фашистском заговоре" слепилось.[456]

    В. М. Примаков

    Все это позволяет по-новому вглянуть и на процессы в середине 1920-х годов. Тогда перед Сталиным вырисовывалась угроза объединения разных сил в КП(б)У: национально ориентированные коммунисты, ядро которых составляли бывшие лидеры "боротьбистов", находили общий язык с ультралевыми сторонниками мировой пролетарской революции, которые вслед за Троцким и Раковским критически относились к имперским бюрократическим тенденциям Кремля. Тогда на передний план вышли бы такие личности, как популярный "троцкист" Юрий Коцюбинский и Виталий Примаков, как национал-"уклонисты" – темпераментный и одаренный Александр Шумский и умеренный и хитрый политик Григорий Гринько. Кроме того, национал-коммунистическую оппозицию поддерживали самые талантливые молодые силы в украинской культуре – в первую очередь писательская группа ВАПЛИТЕ во главе с Мыколой Хвылевым, а после его самоубийства – Мыколой Кулишом.

    Наряду рядом с военным ответвлением "троцкистских связей" Коцюбинского шло "изучение" "скрытого троцкистского центра" в Украине, который был "учрежден" в составе Коцюбинского, Голубенко и Логвинова. Популярный командир Гражданской войны Николай Голубенко был когда-то сторонником Троцкого и после этого переведен на работу в Днепропетровск. Арест Голубенко потянул ряд арестов по Днепропетровщине и вывел на его старого друга командарма Якира.

    "Украинизация" проводилась таким способом, чтобы оттеснить от руководства процессами в ней бывших "боротьбистов" и "троцкистов", перессорив их. Национал-коммунисты были переведены на второстепенную работу в Москву и Ленинград, куда соответственно на квартиры Гринько и Шумского (позже тоже переведенного в Москву) всегда заходили приезжие из Харькова и Киева поговорить и посоветоваться. В числе этих национал-коммунистических деятелей был, между прочим, и упоминавшийся выше бывший петлюровский атаман Волах. Арестованный и высланный Раковский жаловался, что политические дискуссии против "троцкизма" велись на местах вульгарно, с антисемитским подтекстом. (А ведь в это время парторганизацию Украины возглавлял Лазарь Каганович!)

    Характерно, что ядро просталинского руководства ЦК КП(б)У и тогда составляла днепропетровская группа лидеров – хотя в те времена таких сплоченных групп земляков, как позже, еще почти не было. Из Екатеринославщины был родом Артем-Сергеев, донбасский деятель (рано погибший в катастрофе), безоглядный сторонник Ленина, едва ли не самый инициативный партийный деятель Украины. Под его влиянием в юности от эсеров к большевикам перешел Влас Чубарь, рабочий с Екатеринославщины – одна из наиболее популярных фигур среди тогдашних коммунистических руководителей. На Екатеринославщине работал и стал большевистским деятелем крестьянин из-под Харькова Григорий Петровский, в честь которого и был переименован прежний Екатеринослав; здесь работал Эммануил Квиринг, отсюда родом – Дмитрий Лебедь, видные чекисты – Балицкий, Реденс, Леплевский…

    Говоря о руководителях КП(б)У 1930-х годов, нельзя не отметить характерного для тех лет обстоятельства. Все это – люди, лично ответственные за преступления против человечества, которые привели к голодной смерти миллионы украинских семей. Все они, в конечном итоге, превратили "украинизацию" в антикультурное движение, а затем и совсем отказались от нее. В то же время все они оказывались в чем-то лично опасными для режима.

    С. В. Косиор

    Один из сыновей Петровского был генералом, который героически погиб во время войны, а второй, ожесточенный "троцкист", расстрелян НКВД. Непорядки были и в доме Чубаря – сын его имел "связи" с национал-коммунистами. А что касается Косиора, то из всех пяти братьев-большевиков самым авторитетным был старший, Владимир, который всех и вовлек в партию; и этот старший Косиор стал самым последовательным из "троцкистов", расстрелян был тайно, без всяких процессов, и хотя младший брат отрекся от старшего, все же Сталин подобные вещи не забывал. Не совсем ясна и роль Постышева – он вроде бы после призыва Крупской сбросить Сталина вел какие-то разговоры с Кировым, обсуждал проблему замены Сталина. Наконец, Хатаевич вместе с Якиром и Вегером подписывал письмо в ЦК ВКП(б) по поводу "перегибов" в 1930-е гг. Похоже, что в "сталинском ядре" украинских коммунистов были какие-то колебания.

    Когда Постышева прислали в Украину вторым секретарем ЦК ("присматривать" за Косиором и другими), он быстро нашел общий язык с руководителем чекистов Балицким. Они вместе принимали участие в допросах и подсказывали "обвиняемым в терроризме", что именно они оба должны были быть "жертвами террора". В частности, знаменитый юморист Остап Вишня был осужден по обвинению "в подготовке террористического акта против Постышева".[457] Постышев вообще был тесно связан с ОГПУ – НКВД, у него были какие-то особые отношения с Евдокимовым из Ростова и Ежовым через начальника отдела кадров НКВД – Михаила Литвина (друга Постышева еще по Дальнему Востоку времен Гражданской войны, а затем и по Харькову). В свою очередь, Косиор надеялся на поддержку Леплевского, беспощадного личного врага Балицкого. Возможно, за этим стояли его напряженные отношения с Постышевым. Все, в конечном итоге, развязалось просто и быстро – в подвалах Лубянки.

    profilib.com


    Смотрите также