Книга пять ночей с фредди серебряные глаза читать


Five Nights at Freddy's: The Silver Eyes - Часть 1.

Он видит меня.

Чарли пряталась за целым рядом игровых автоматов. В тесноте, между ними и стеной, под ногами были связанные в клубки бесполезные провода. Она была уверена, что единственным вариантом было пробежать мимо этой вещи, но она была не достаточно быстра для этого. Она видела его, ходящего вперед и назад, звуки слышны при каждом его движении, когда он проходил мимо игровых автоматов. Места было очень мало, но она пыталась проползти ещё чуть-чуть назад, пока ее нога не запуталась в каком-то проводе. Она остановилась и пыталась как можно тише освободить свою ногу из этой ловушки. Вдруг, она услышала металлический стук, и игровой автомат в далеке ударился об стену. Ещё один стук, слышен разбитый дисплей. И потом, он напал на следующий игровой автомат, ломая их один за другим, и приближаясь все ближе и ближе.

-Срочно нужно выбираться!-ужасная мысль проскочила в ее голове;-выхода нет, нет пути наружу..

Вдруг она случайно ударила свою руку, и она уже хотела закричать. Алая теплая кровь уходила через бинт, и казалось, она чувствовала, будто жизнь уходит вместе с ней. Буквально в нескольких метрах от нее новый игровой автомат ударился об стену. Он приближался все ближе и ближе. Она могла слышать, как внутри него щёлкают шестерёнки из серого привода все громче и громче. Она закрыла глаза, но его образ все никак не выходил из головы, она всё ещё видела эту матовую шерсть и металлические участки, обычно скрытые синтетической плотью, но внезапно, консоль, за которой она пряталась, была откинута, словно игрушка. Провода по ее руками улетели вместе с ней. Чарли почти упала, но она удержалась и посмотрела вверх, а затем увидела летящий на нее крюк...

   Добро пожаловать в Хюррикейн, штат Юта.

Чарли улыбнулась, увидев это на дорожном знаке, и продолжила ехать вперёд. Мир до знака и мир после выглядел абсолютно таким же. Не было никаких отличий, но странное предчувствие вдруг появилось у нее, как только она проехала этот знак. Но не было ничего необычного, да и не должно было быть. По крайней мере так далеко от города. Здесь было только шоссе и много свободного места.

Она все думала, как же выглядят другие, кто они теперь. Десять лет назад они были лучшими друзьями. Но потом случилось это, и все завершилось для Чарли. С того момента она больше никого из них не видела. Тогда ей было только семь лет. Они писали друг другу когда были детьми, особенно Марла, Марла писала так же, как и говорила: быстро и непонятно. Но когда они выросли они разошлись, письма стали приходить все реже, а разговор, когда они договаривались об этой встрече, был полон неловких пауз. Чарли повторяла их имена, словно пытаясь убедить себя, что она всё ещё их помнит. Марла, Джессика, Ламар, Карлтон, Джон и Майкл. Да, он и был причиной для всей этой поездки, Майкл. Десять лет прошло с того момента, как его не стало. Десять лет после того, как это случилось. А теперь его родители хотят собрать всех вместе, чтобы устроить поминательную церемонию, все его друзья собрались в честь него. Чарли знала, что это хорошая вещь, но все эти сборы почему-то казались ей жуткими. Ее пробила дрожь, пришлось выключить кондиционер, несмотря на то, что было тепло.

Приехав к центру города, Чарли начала вспоминать: парочка магазинов тут и там, кинотеатр, в котором шел какой-то летний блокбастер. Все это спокойствие даже ее удивило, а потом она улыбнулась.

-Что ты ожидала, что это место не будет меняться? Что оно будет словно монумент твоему отъезду, замершая в июле 1985 года?,-не смеши меня, именно этого она и ожидала. Она посмотрела на время. Нужно было подождать ещё пару часов до их встречи. Она подумала о том, чтобы сходить в кино, но она точно знала, что хочет сделать на самом деле. Резкий поворот налево и она направилась вон из города.

Через десять минут она резко припарковалась и вышла.

Перед ней возвышался огромный дом, и его темный силуэт возвышался на фоне синего неба. Лёгкое головокружение заставило Чарли облокотиться на машину. Придется некоторое время побыть здесь, чтобы подготовиться. Глубокий вздох, и, она знала, что все будет именно так. Несколько лет назад она смотрела в банковскую книгу ее тети, и она знала, что все долги были выплачены. Тётя Джен всё ещё платила все налоги. Прошло ведь всего десять лет, все кончено так же, как и было раньше. Чарли начала подниматься по лестнице, на третьей ступени все так же не было деревяшки, а стоящий неподалеку куст роз буквально захватил одну из частей веранды, жадно впиваясь в древесину своими шипами. Дверь была закрыта, но у Чарли был свой ключ. Он был у нее уже давно, но она никогда его не использовала. Когда она вставила его в замок, то вспомнила, как ее отец надевал ту цепочку с ключом на ее шею, приговаривая:  может быть он тебе пригодится. И вот, он ей понадобился.

------------------------

Ребят, если вам нравится перевод-то я продолжу выкладывать части The Silver Eyes, но также мне нужен актив. Люблю вас.

  Ваша Вафля  💕

www.wattpad.com

Читать онлайн "Пять ночей с Фредди: другая история (СИ)" автора Киори Су - RuLit

              Пять ночей с Фредди: новая история

(создано по серии игр "FNaF")

Предыстория:

Несколько лет назад в пиццерию Фредди Фазбеар привезли нового аниматроника, который должен был приносить заказы посетителям, ходя по зал, но тот  не был до конца готов. Старые аниматроники, Фредди, Бонни, Чика и Фокси, по началу не очень хорошо общались с ней, кое-что не произошло. В одну из ночей на Чику напал Голд Фредди, и Кьяра, побив Голда ломом, тем самым спасла её и  добилась расположения у ребят, кроме Фокси, ведь тот ещё сомневался в её преданности новым друзьям.

Через два года, когда Кьяра ходила по пиццерии, на неё напал Голд Фредди и предложил ей заключить с ним сделку, чтобы её друзья не пострадали от его же лап. Он сказал: «Если ты будешь делать так, как я скажу, ясно тебе, иначе все, кто тебе дорог, кого ты успела полюбить, пострадают, понятно? Делай, и никто не попадёт на свалку,… по крайней мере, пока я этого не захочу…». И что ей ещё оставалось делать? Ей пришлось пойти на это ради её же друзей. И с тех пор она выполняла всё, что он скажет (ну почти), пока не пришло время плана, в котором она была главным ключевым звеном. Голд Фредди хотел избавиться от старых аниматроников, чтобы вместе с Марионеткой поставить на их место новые и избавиться от девушки при первой же возможности. Девушка лишь знала о том, что ГФ захочет править пиццерией, а про то, что её друзей хотят убрать, она не знала. В один из дней Фокси подслушал диалог Кьяры и ГФ о плане, но о чём он был - так и не расслышал.

Шли годы, и Кьяра всё больше и больше привязываться к своей новой семье, и она даже хотела отказаться от сделки с  ГФ, но не могла, ведь она знала, что за этим последует. К тому же, Голд Фредди стал относиться к ней не так, как с рабом, а как с другом… почти, и когда ей было плохо, то приходил к ней для того, чтобы поддержать её и получить информацию об его врагах. И вот в один день Фокси приставил её в угол, и сказал, что знает о том, что Кьяра работает на ГФ, и что он всё знает о них. Девушка призналась, что да, она работает на него, и да, у него есть план, но она делает не ради себя, а ради них, ради их же безопасности. Естественно, Фокси ей не верит, и поэтому, схватив её за руку, повёл к Фредди, чтобы та, наконец, призналась во всём ему.

Что же дальше ждёт их, и что предпринят Фредди с друзьями, чтобы остановить ГФ? И что же случится с ними в дальнейшем? Всё зависит только от них самих…

Глава 1.

В пиццерии на главной сцене сидели Чика и Фредди, а Бонни регулировал гитару. В этом месте обычно тихо по вечерам, но из-за того, что влетел Фокси, держащий за руку Кьяру, сразу же направился к ребятам.

- Фокси, что происходит?- спросила, обеспокоенная его состоянием Чика, слезая со сцены и подбегая к нему,- И почему ты держишь Кьяру за руку?

Это потому,- начал он уже отвечать - это потому, что у нас завёлся «крот», по имени которого после всего я называть не хочу. Она предала нас всех!

- Фокси, успокойся,- сказал ему Бонни спокойным тоном, убирая гитару,- И в чём же она провинилась…опять? Она…

- Она работает на Него, ясно вам? Всё, о чём мы говорили, эта девчонка передавала ГФ, и ещё она что-то затеяла вместе с ним на пару, а что именно - я не расслышал.

- Ей? Да ладно тебе. Тебе показалось, наверно. Многие могут рассказать всё, что угодно, но…

- Нет, Бонни,- вдруг сказала она ему приглушённым голосом, в котором звучали нотки печали,- он прав. Это правда, я работаю на него, но поймите, что я это делаю ради вас же!

Услышав это от неё, Фредди немного был… не в себе от сказанного ей подруги, а Бонни и Чика пооткрывали рты. В ту секунду наступила гробовая тишина, которая висела так над ребятами около пяти - шести минут. После долгого молчания, Фредди подошёл к окну и посмотрел на проезжающие мимо машины, собирая все свои мысли в кучу.

- Но… но почему же?- спросил её старший брат, у которого на лице читалось неприятное удивление,- зачем ты так?

- Я хотела бы всё рассказать, но не могу, простите меня. Я обещала ему. Если я вам хоть что-то расскажу о его замыслах или планах, то Голд убьет нас…

- То есть нас всех, кроме тебя, так?- молвил, в конце концов, Фредди, не поворачиваясь к ней,- Ты же прекрасно знаешь, что из себя собой представляет этот аниматроник, и  всё равно заключила с ним сделку? О чёт ты думала тогда?..

-Я тогда думала о вас, сколько можно раз это повторять! Если я этого не сделала, то он бы всех перебил бы уже давным-давно, а так хоть он держится от вас на расстоянии…

-Ты что думаешь, что мы не постоим за себя сами?!- перебил её Фокси, который был уже готов намылить ей шею за эти поступки, но Чика его остановила, отрицательно покачав головой,- Мы бы давно уже его порвали и отправили его на свалку металлолома, где ему самое место!

-Фокси, успокойся. Кьяра, если бы сразу нам всё рассказала, то мы могли бы тебе помочь, но поскольку ты заключила с ним сделку и была на его стороне столько лет… Ты больше не одна из нас. А теперь уходи… сейчас же.

- Но Фредди… Она же…

- Фокси! Отпусти её, и пусть катится куда подальше. Прости, но у меня нет другого выбора. Кьяра, уходи, пока я не передумал.

Когда же Фокси отпустил её, девушка сразу же бросила на ребят последний взгляд, как бы извиняясь за всё, но они уже смотрели на неё как на врага народа. У девушки появились слёзы, и она убежала вглубь пиццерии, и когда же Бонни побежал за ней, чтобы догнать, его остановил Фредди, во время  ухватив его за руку.

- Пусть  уходит, Бонни.

-Но Фредди, она же…

- Бонни, я уверен, что одиночество приведёт её в чувство. А теперь идём, у нас ещё масса дел.

А тем временем, в другом конце пиццерии, Кьяра сидела на полу и смотрела на кулон, который ей подарил Фредди: в нём была фотография, где они были все вместе, как семья, до этой ужасной минуты. Девушка, закры медальон и повесив его на шею, заплакала от безысходности. Через минуту к ней подошёл Голд Фредди, и, посмотрев на девушку, протянул ей руку, мол, чтобы она встала. Увидев его, девушка отвернулась на него и недовольно фыркнула. Тогда ГФ сам её взял за руку и поднял и вытер слёзы, которые текли из её глаз.

-Вот о чём я тебя предупреждал, Кьяра,- начал он с ней монолог,- если бы ты меньше обращала внимание на них и меньше выражала к ним чувства, то всё было бы лучше.

-Замолчи, Фредди!- сказала она недовольным тоном, посмотрев на него алыми глазами,- Если бы не ты, ничего бы этого не было бы! Если бы я не согласилась, то всё было бы по- другому, и…

-Прикуси язычок, девчонка,- перебил её ГФ, в порывах гнева схватив её за горло и приставив к стенке,- Если бы не я, ты бы давно была на свалке вместе с остальными! И… *немного успокоился, отпустил Кьяру.* И если бы не наша встреча, они бы были уже мертвы, так что мне и спасибо сказать должна. К тому же, почему- то при виде тебя мне хочется тебе дать кое-что, но что именно - пока не знаю.

www.rulit.me

Пять ночей у Фредди. Серебряные глаза читать онлайн - Кира Брид-Райсли, Скотт Коутон (Страница 8)

— Привет! — прошептала она так тихо, чтобы не услышали приятели.

Перед ней стояли три зверя-аниматроника: медведь, кролик и курица, все ростом со взрослого человека, а может, чуть повыше. Их тела состояли из сегментов, как у деревянных человечков на шарнирах, которых используют на уроках рисования: каждая конечность состояла из отдельных, похожих на прямоугольные бруски деталей, крепящихся на шарнирах. Аниматроники принадлежали пиццерии, а может, это пиццерия им принадлежала, и в былые времена все знали их по именам. Кролик Бонни. У него был ярко-синий мех, квадратная морда застыла в неизменной улыбке, глаза с розовыми радужками полуприкрыты веками, что придавало ему выражение бесконечной усталости. Уши кролика стояли торчком, но их верхние сегменты были слегка опущены, большие ноги расставлены на ширине плеч, для пущей устойчивости. В синих лапах Бонни держал красную гитару — казалось, его пальцы вот-вот начнут перебирать отсутствующие струны; на шее кролика алел галстук-бабочка — под цвет гитары.

Более грузная курица Чика казалась чем-то встревоженной; над ее фиолетовыми глазами выгибались густые черные брови, клюв приоткрыт, демонстрируя зубы; в лапах она держала поднос с маленьким кексом. Сам кекс выглядел немного пугающе: с его розовой глазури таращились два глаза, а из-под глазури выглядывали острые зубы; кекс был украшен единственной свечкой.

— Я всегда ждал, что кекс вот-вот спрыгнет с тарелки. — Карлтон тихо хохотнул и подошел к Чарли. — А они выше, чем я помню, — добавил он шепотом.

— Это потому, что в детстве ты никогда не подходил к ним так близко. — Чарли расслабилась, улыбнулась и подошла еще ближе.

— Ты вечно прятался под столами, — фыркнула позади них Джессика, не спеша приближаться.

На шее Чики красовался детский слюнявчик с надписью «Давайте есть!»: желтые буквы, обведенные фиолетовым контуром, и все это на фоне разноцветных конфетти. На макушке у Чики торчал хохолок из перьев.

Между Бонни и Чикой стоял сам медведь Фредди Фазбер, тезка пиццерии. Он выглядел самым благодушным из всех аниматроников, и имел вид существа, пребывающего в полной гармонии с окружающим миром. Крепко сбитый, покрытый коричневым мехом, он улыбался зрителям, держа в одной лапе микрофон; Фредди щеголял черным галстуком-бабочкой, а на голове носил цилиндр. Если и было в его облике что-то странное и неуместное, так это ярко-голубые глаза: у настоящих медведей таких не бывает. Рот у Фредди был приоткрыт, а глаза слегка прикрыты, словно он застыл, исполняя песню.

Карлтон подошел совсем близко, так что его колени коснулись края сцены.

— Привет, Фредди, — прошептал он. — Давно не виделись.

Потом протянул руку, ухватил зажатый в лапе медведя микрофон, и подергал, проверяя, можно ли его вытащить.

— Не надо! — выпалила Чарли и посмотрела в стеклянные глаза Фредди, словно проверяя, не заметил ли медведь посягательства на его собственность.

Карлтон быстро отдернул руку, словно обжегшись.

— Извини.

— Идемте, — предложил Джон с веселой улыбкой. — Неужто вам не хочется все здесь осмотреть?

Ребята разбрелись по залу; они заглядывали в углы и пробовали открыть двери, действуя так осторожно, будто пиццерия того и гляди развалится от легкого прикосновения. Джон подошел к карусели, а Карлтон направился к игровым автоматам и исчез в темноте.

— Помнится, раньше здесь было намного светлее, к тому же довольно шумно. — Карлтон улыбнулся с видом человека, вернувшегося домой, и провел ладонью по старым шарообразным рукояткам джойстиков и пластиковым кнопкам. — Интересно, сохранились ли здесь мои рекорды, — пробормотал он себе под нос.

Слева от сцены начинался небольшой коридорчик. Чарли молча пошла по нему, отчасти надеясь, что никто не заметит, куда она направилась; впрочем, остальные действительно так увлеклись осмотром пиццерии, что ни на что больше не обращали внимания. В конце короткого коридора находился офис ее отца; когда-то это было самое любимое место Чарли во всем ресторанчике. Конечно, ей нравилось играть с друзьями в главном зале, но она просто обожала смотреть, как отец занимается бумажной работой. У закрытой двери она помедлила, сжав дверную ручку; на нее нахлынули воспоминания. Большую часть конторки занимали рабочий стол, шкафы с документами и коробочки, набитые непригодившимися деталями. В одном углу стоял шкаф поменьше, выкрашенный в лососевый цвет, хотя Чарли всегда утверждала, что это самый настоящий розовый. Этот шкафчик принадлежал Чарли. В нижнем ящике лежали игрушки и карандаши, а в верхнем она хранила «свои документы» — ей нравилось, как это звучит. В основном это были книжки-раскраски и альбомы для рисования, но время от времени девочка усаживалась за отцовский стол и, зажав в пальчиках карандаш, пыталась копировать то, что записывал отец. Чарли подергала ручку, но дверь оказалась заперта. «Так будет лучше», — подумала она. Рабочий кабинет — это личное пространство, и в глубине души Чарли не хотела открывать его сегодня ночью.

Девушка вернулась в главный зал и увидела, что Джон с задумчивым видом рассматривает карусель. Юноша поглядел на нее с любопытством, но не стал спрашивать, куда она уходила.

— Когда-то я обожала эту штуку. — Чарли тепло улыбнулась и тоже подошла к карусели, хотя теперь разрисованные лошадки казались ей странными и безжизненными.

Джон поморщился, как будто угадав мысли девушки, и сказал:

— Не то. — Юноша провел ладонью по гладкой шее пони — так обычно чешут за ухом настоящих животных. — Все не то, — повторил он, убирая руку и глядя куда-то за спину Чарли. Девушка обернулась и, проследив за его взглядом, увидела, что Джессика и Карлтон бродят между игровыми автоматами.

Неподвижные, неосвещенные автоматы с погашенными экранами напоминали огромные надгробия.

— Никогда не любила играть в эти игры, — с улыбкой сказала Джессика. — Персонажи в них двигались слишком быстро, пока я успевала сообразить, что надо делать, меня уже убивали, и приходилось уступать очередь следующему желающему поиграть. — Она подвигала джойстик, и тот недовольно скрипнул.

— И все равно мы мухлевали, — проговорил Карлтон и подмигнул.

— Когда ты в последний раз играл на этих штуках? — Джессика вглядывалась в один из экранов, пытаясь рассмотреть, какое изображение отпечаталось на нем за долгие годы использования. Карлтон не ответил: он увлеченно раскачивал автомат для игры в пинбол, пытаясь заставить шар катиться в лузу.

— Эх, время от времени я захожу в одну пиццерию. — Он осторожно поставил стол на все четыре ножки, посмотрел на Джессику и добавил: — Но там все не так, как «У Фредди».

Джон снова бродил по залу, щелкая по висевшим над столами звездам и серпантину. Ухватив со стола красный праздничный колпак, юноша натянул прикрепленную к картонному краю резинку и нахлобучил колпак на голову; приклеенные к колпаку красные и белые кисточки свисали по обеим сторонам его лица.

— О, давайте осмотрим кухню! — предложил он и вприпрыжку помчался к двери. Чарли последовала за ним.

В детстве ее друзьям не разрешали заходить в кухню, а вот она проводила там много времени, так много, что повара выгоняли ее, называя по имени, которое услышали от ее отца: «Шарлотта». Как-то раз Джон подслушал, как кто-то назвал ее так, и принялся при каждом удобном случае дразнить ее этим именем. Ему почти всегда удавалось вывести девочку из себя. Не то чтобы Чарли не любила свое полное имя, но для всего мира она была «Чарли». Только отец называл ее «Шарлотта», и это было что-то вроде их общего секрета, в который они больше никого не посвящали. В день, когда она навсегда покидала Харрикейн, они с Джоном прощались, и мальчик слегка замешкался.

— Пока, Чарли, — сказал он наконец. В открытках, письмах и телефонных разговорах он больше ни разу не назвал ее «Шарлоттой». Она не спрашивала почему, а сам он ни разу об этом не заговорил.

В кухне по-прежнему находилось огромное количество кастрюль и сковородок, но Чарли не проявила к ним особого интереса, полностью погрузившись в воспоминания. Поглядев по сторонам, она направилась обратно в зал, и Джон последовал за ней. В то же время Джессика и Карлтон вышли из закутка с игровыми автоматами, и, натыкаясь друг на друга в темноте, присоединились к друзьям.

— Нашел что-то интересное? — спросил Джон.

— Кхм, обертку от жвачки, тридцать центов и Джессику, так что нет, ничего интересного, — ответил Карлтон. Джессика игриво пихнула его в плечо.

— О, неужели мы все забыли? — Она злорадно улыбнулась и махнула рукой, указывая в противоположный конец зала: там находился вход в еще один коридор. В следующий миг девушка уже шла туда, и ребята, не успев ничего ответить, зашагали следом. Коридор был длинный, узкий, и, казалось, с каждым шагом свет фонаря все угасает и угасает. Наконец коридор вывел их в маленькую комнату для частных вечеринок, в которой стояли столы и стулья. Войдя, ребята разом ахнули: прямо перед ними возвышалась маленькая сцена с задернутым занавесом. Перед сценой висела табличка, на которой аккуратными буквами было выведено от руки: «НЕИСПРАВНО». С минуту ребята стояли молча, затем Джессика сделала несколько шагов вперед и потыкала табличку пальчиком.

knizhnik.org

Пять ночей у Фредди. Серебряные глаза читать онлайн - Кира Брид-Райсли, Скотт Коутон (Страница 5)

— Месть сладка! — подхватила Чарли.

— Кажется, это были начос, — добавил Джон.

Джессика сморщила нос.

— Гадость какая. После того случая я ни разу не каталась на той карусели.

— Да брось, Джессика, ее же отмыли, — заметил Карлтон. — Уверен, детишек там и раньше тошнило, не зря же там часто был мокрый пол. Правда, Чарли?

— Не смотри на меня, — фыркнула девушка. — Меня никогда не тошнило.

— Когда-то мы проводили там так много времени! Что ни говори, полезно дружить с дочерью владельца, — сказала Джессика, насмешливо глядя на Чарли.

— Отцов не выбирают! — со смехом возразила Чарли.

Джессика помолчала, будто задумавшись о чем-то, а потом продолжила:

— Я хочу сказать: что может быть лучше для маленькой девочки, чем день-деньской проводить в пиццерии «У Фредди Фазбера»?

— Не знаю, — сказал Карлтон. — Думаю, та музыка приклеилась ко мне на долгие годы. — Он тихонько напел несколько тактов всем им знакомой песенки, и при звуках знакомой мелодии Чарли с головой погрузилась в воспоминания.

— Мне так нравились эти зверюшки, — сказала вдруг Джессика. — Как бы их поточнее назвать? Животные, роботы, талисманы?

— Думаю, все эти определения им подходят. — Чарли откинулась назад.

— Ну, все равно я постоянно приходила и разговаривала с кроликом. Как там его звали?

— Бонни, — подсказала Чарли.

— Ага, кивнула Джессика. — Я вечно жаловалась ему на своих родителей. Мне всегда казалось, что он смотрел на меня с пониманием.

Карлтон рассмеялся.

— Аниматрониковая терапия! Рекомендуется чокнутым людям в возрасте от шести до семи лет.

— Заткнись, — огрызнулась Джессика. — Я знала, что он ненастоящий, мне просто нравилось с ним говорить.

Чарли слегка улыбнулась.

— Помню-помню, — проговорила она. В памяти всплыла милая картина: Джессика, облаченная в одно из своих хорошеньких платьиц, с каштановыми волосами, заплетенными в тугие косички — ни дать ни взять ребенок, сошедший с иллюстрации из старинной книги, — что-то доверительно шепчет кролику-аниматронику ростом со взрослого человека. Девочка терпеливо дожидалась конца представления, после чего шла к сцене, чтобы поделиться с кроликом своими бедами. Сама Чарли никогда не разговаривала с роботами-зверями в отцовской пиццерии и не испытывала к ним какой-то особой симпатии в отличие от некоторых детей; впрочем, они ей нравились, и они принадлежали публике. У Чарли имелись собственные игрушки, дома ее ждали механические друзья, принадлежавшие ей одной.

— Мне нравился Фредди, — сказал Джон. — Он всегда казался мне самым добродушным.

— Знаешь, я мало что помню про свое детство, — пробормотал Карлтон, — но клянусь, что стоит мне зажмуриться, и то место так и стоит перед глазами. Помню все, в мельчайших деталях, даже жвачку, которую прилеплял к столешницам.

— Жвачку? Ага, конечно: уверена, ты и козявки из носа туда лепил. — Джессика слегка отодвинулась от Карлтона.

Тот ослепительно улыбнулся.

— Мне было семь лет, так какой с меня спрос? Вы все дразнили меня в те времена. Помнишь, как Марла накорябала на стене снаружи: «Карлтон воняет немытыми ногами»?

— Вообще-то от тебя именно так и пахло. — Джессика оглушительно расхохоталась.

Карлтон с невозмутимым видом пожал плечами.

— Каждый раз, когда надо было идти домой, я пытался спрятаться: хотел остаться в пиццерии на ночь, чтобы никто не мешал мне веселиться.

— Точно, ты вечно заставлял всех ждать, — подхватил Джон, — и ты всегда прятался под одним и тем же столом.

Тут Чарли заговорила. Она говорила медленно, и все как по команде повернулись к ней, словно только этого и ждали.

— Иногда у меня такое чувство, будто я помню каждый дюйм пиццерии, прямо как Карлтон, — сказала она. — А порой с трудом могу вспомнить, как там все выглядело. Воспоминания отрывочные. Например, я помню карусель и тот случай, когда ее заклинило. Помню, как рисовала на разложенных на столах салфетках. Помню всякие мелочи: как ела масляную пиццу, как летом обнимала Фредди, и вся моя одежда покрывалась ворсинками от его желтого меха. Но большая часть этих воспоминаний словно картинки, как будто это происходило не со мной.

Все посмотрели на нее удивленно.

— Фредди же был коричневым, разве нет? — Джессика глянула на остальных, ища подтверждения своим словам.

— Думаю, ты и впрямь помнишь все не слишком хорошо, — поддразнил Чарли Карлтон, и девушка коротко хохотнула.

— Верно. Я имела в виду — коричневый.

«Коричневый. Разумеется, Фредди был коричневый». Память услужливо подсунула Чарли соответствующий образ. И все же где-то в глубине ее сознания мелькало что-то еще.

Карлтон ударился в воспоминания, принялся рассказывать другую историю, и Чарли попыталась вслушаться в то, что он говорит, но что-то ей мешало, какая-то тревожная мысль мелькала на краю сознания, и девушке никак не удавалось ее ухватить. «Это было десять лет назад, в семнадцать лет еще рановато страдать слабоумием», — подумала Чарли. Все равно что перепутать красный и зеленый сигналы светофора. Краем глаза девушка заметила, что Джон смотрит на нее с таким задумчивым видом, словно она сказала нечто важное.

— Ты действительно не знаешь, что случилось с пиццерией? — спросила она Карлтона, вложив в вопрос больше настойчивости, чем собиралась. Парень умолк и посмотрел на нее удивленно. — Извини, — пробормотала она. — Прости, не хотела тебя прерывать.

— Все нормально, — пожал плечами Карлтон. — Ну да, то есть нет, я правда не знаю, что с ней стало.

— Как вышло, что ты не знаешь? Ты же здесь живешь.

— Чарли, брось, — проговорил Джон.

— Я не часто бываю в той части города. Все изменилось, город разросся, — спокойно пояснил Карлтон. Похоже, внезапная вспышка Чарли его нисколько не смутила. — А специально искать причины, чтобы туда заскочить, мне ни к чему, знаешь ли. С какой стати? У меня больше нет для этого никаких резонов.

— Мы могли бы туда сходить, — внезапно предложил Джон.

Сердце Чарли пропустило удар; Карлтон нервно на нее поглядел.

— Что? Да там же полный кавардак, право слово. Не знаю, можно ли вообще туда пролезть.

Чарли обнаружила, что кивает. Она вдруг почувствовала страшную усталость, словно целый день прожила под грузом воспоминаний, смотрела на окружающую реальность сквозь призму минувших лет, а теперь ее сознание вдруг, как по команде пробудилось. Ей захотелось пойти.

— Давайте сделаем это, — сказала она. — Даже если там ничего не осталось, мне хочется посмотреть.

Несколько секунд все молчали, а потом Джон внезапно улыбнулся с какой-то бесшабашной уверенностью.

— Ага. Давайте сделаем это.

Глава вторая

Чарли остановила машину, ощутив, как мягко подается под колесами грязь, и заглушила мотор. Потом высунулась из окна и огляделась. Небо было насыщенного темно-синего цвета, на западе угасали последние лучи заходящего солнца. Сразу за неасфальтированной парковкой раскинулось, точно спящее чудовище, большое здание — целый акр стекла и бетона. Фонари на парковке имелись, но не работали, — строители так и не успели их подключить. Само здание напоминало покинутое святилище, укрытое за темными деревьями вдали от шума цивилизации. Чарли посмотрела на сидевшую на пассажирском сиденье Джессику — та вытягивала шею, пытаясь выглянуть в окно.

— Это точно то самое место? — спросила Джессика.

Чарли медленно покачала головой, не вполне понимая, на что именно смотрят ее глаза.

— Не знаю, — прошептала она.

Девушка вышла из машины и стояла молча, пока к ней не присоединились Джон и Карлтон.

— Что это такое? — Джон осторожно выбрался из салона и тупо уставился на огромное здание. — У кого-нибудь есть фонарик? — Он по очереди посмотрел на ребят.

Карлтон вытащил связку ключей и поводил по сторонам прикрепленным к ней фонариком в виде авторучки; света фонарик давал всего ничего.

— Отлично, — пробормотал Джон, очевидно, смирившись с судьбой, и зашагал к зданию.

— Погоди-ка секунду, — окликнула его Чарли и подошла к багажнику. — Моя тетя всегда заставляет меня таскать с собой кучу барахла «на всякий случай».

Тетя Джен, добрая, но строгая, учила Чарли всегда полагаться только на себя. Прежде чем Чарли получила свою старенькую синюю «Хонду», девушке пришлось научиться менять покрышки, проверять уровень масла в двигателе, а также узнать, как этот самый двигатель устроен. Так что теперь в багажнике машины помимо запасной покрышки, домкрата и маленькой монтировки лежал еще и черный чемоданчик, а в нем — одеяло, тяжелый полицейский фонарь, бутылка с водой, зерновые батончики, спички и сигнальные ракеты. Чарли взяла фонарь, Карлтон ухватил зерновой батончик.

Словно повинуясь молчаливому согласию, ребята двинулись вдоль здания; Чарли освещала дорогу мощным лучом фонаря. На вид здание казалось почти достроенным, но вокруг него тут и там лежали камни, а перекопанную землю так и не разровняли. Чарли направила луч света себе под ноги, и стало видно, что кое-где растет трава.

— Похоже, работы здесь уже какое-то время не ведутся, — сказала Чарли.

Здание было огромным, и на то, чтобы его обойти, ушло довольно много времени. Скоро темно-синее вечернее небо покрылось, словно серебристым одеялом, туманной дымкой, на которой заблестели звезды. Серые бетонные стены здания оказались одинаково гладкими, а окна в них располагались слишком высоко, и заглянуть в них с земли не представлялось возможным.

knizhnik.org

Пять ночей у Фредди. Серебряные глаза читать онлайн - Кира Брид-Райсли, Скотт Коутон

Скотт Коутон

Пять ночей у Фредди. Серебряные глаза

Глава первая

Он меня видит.

Чарли упала на четвереньки, скорчилась, забилась в узкое пространство между стеной и игровыми автоматами; ладони натыкались на спутанные провода, бесполезные штепсельные вилки больно впивались в колени. Ее загнали в угол, единственный способ выбраться — прошмыгнуть мимо твари, но для этого Чарли недостаточно быстра. Девушка видела, как он крадучись расхаживает туда-сюда, высматривая малейшее движение в щелях между автоматами. Места для маневра почти не было, и все же Чарли попыталась отползти назад. Нога зацепилась за провод, и девушка остановилась, чтобы осторожно ее высвободить.

Раздалось клацанье металла о металл, и самый дальний автомат отлетел к стене. Преследователь ударил снова, вдребезги разбив экран, после чего обрушился на следующий автомат, и следующий, круша машины одну за другой в каком-то жутком ритме, постепенно приближаясь.

«Нужно выбраться отсюда, нужно выбраться!» — тщетно билась в сознании заполошная мысль. Выхода нет. Рука болела, хотелось зарыдать в голос. Изодранная повязка окрасилась красным, Чарли казалось, будто она чувствует, как кровь вытекает из нее капля за каплей.

Автомат в нескольких футах от нее впечатался в стену, и Чарли вздрогнула. Преследователь приближался, скрип шестеренок и пощелкивание сервоприводов сделались громче. Даже зажмурившись, девушка видела, как он на нее смотрит, видела тусклый мех, проступающий под синтетической плотью металл.

Вдруг автомат, за которым она пряталась, рванули, и он отлетел в сторону, перевернувшись, как игрушечный. Из-под ее рук и ног выдернули шнуры питания, и Чарли, потеряв равновесие, чуть не упала. Обхватив себя руками, она посмотрела вверх и еще успела увидеть взмах крюка…

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ХАРРИКЕЙН, ШТАТ ЮТА

При виде знака Чарли сухо улыбнулась и поехала дальше. По ту сторону знака мир был точно такой же, и все же, миновав его, она ощутила какое-то нехорошее предчувствие. Все вокруг казалось незнакомым, впрочем, ничего другого Чарли не ожидала — все равно на этой окраине только шоссе да пустыри.

Интересно, как там остальные, как теперь живут. Десять лет назад они были лучшими друзьями, а потом случилось это, и все закончилось, по крайней мере, для Чарли. В последний раз она виделась с ребятами, когда ей было семь. В детстве они постоянно переписывались, особенно с Марлой — та строчила письма так же, как разговаривала: быстро и несвязно. Однако взрослея, они все постепенно отдалились друг от друга, так что предшествовавший этой поездке разговор вышел натянутым, полным неловких фраз. Чарли повторяла про себя имена, будто проверяя, что до сих пор их помнит: Марла, Джессика, Ламар, Карлтон, Джон. И Майкл… В конце концов, именно из-за Майкла она и приехала. Прошло уже десять лет с тех пор, как он умер, с тех пор, как случилось это, и теперь его родители хотят, чтобы все они собрались почтить его память. Они пожелали собрать всех старых друзей сына, объявив, что учреждают в его честь специальную стипендию. Чарли понимала, что это благое дело, и все же идея снова встретиться казалась ей жутковатой. Девушка поежилась и отключила кондиционер, хоть и знала, что он работает не на полную мощность и в машине не холодно.

Въехав в центр города, Чарли начала узнавать местность: несколько магазинов и кинотеатр, над которым растянули огромный плакат, призывающий всех посмотреть самый нашумевший фильм этого лета. Чарли ощутила мимолетное удивление, потом улыбнулась. «А чего ты ожидала? Что все вокруг останется неизменным? Застынет этаким памятником твоему отъезду, что 5 июля 1985 года время остановится?» В общем-то, именно этого она и ожидала. Девушка посмотрела на часы: до встречи еще несколько часов, нужно как-то убить время. Можно, конечно, сходить в кино, но Чарли знала, чего ей действительно хочется. Она повернула налево и поехала в пригород.

Десять минут спустя она остановилась и вышла из машины.

Показавшийся впереди дом темнел на фоне ярко-синего неба, словно рана. Чарли прислонилась спиной к машине, у нее слегка закружилась голова. Пришлось несколько раз глубоко вздохнуть и выдохнуть, чтобы прийти в себя. Разумеется дом никуда не делся: несколько лет назад Чарли украдкой заглянула в банковскую книжку тети Джен и знала, что ипотека выплачена и тетя Джен по-прежнему платит налог на собственность. Прошло всего десять лет, и нет никаких причин, чтобы что-то менять. Чарли медленно поднялась по ступеням, отметив, что краска на них облупилась. Доска на третьей ступеньке до сих пор держалась на одном гвозде, а розовые кусты у крыльца разрослись пуще прежнего, и их шипы хищно втыкались в доски. Дверь была заперта, но у Чарли остался ключ. До сих пор ей ни разу не пришлось им воспользоваться. Снимая с шеи цепочку, на которой висел ключ, и вставляя его в замочную скважину, девушка вспомнила, как отец надел ей на шею эту цепочку. «На случай, если он тебе понадобится». Ну, вот и понадобился.

Дверь медленно открылась, и Чарли огляделась. Она мало помнила о первых нескольких годах, проведенных здесь. Ей было всего три года, и воспоминания слились в одно размытое пятно: горе и потеря, непонимание того, почему ушла мама. Она тогда постоянно цеплялась за отца, боялась покидать маленький мирок, ограниченный этим домом, чувствовала себя в безопасности, лишь тесно прижавшись к отцу, зарывшись лицом в его фланелевую рубашку, чувствуя исходивший от одежды запах машинного масла и раскаленного металла.

У самой входной двери начиналась лестница на второй этаж, но Чарли туда не пошла. Вместо этого она направилась в гостиную, где все предметы меблировки остались на прежних местах. Ребенком она этого не замечала, но для такого большого дома здесь было совсем мало мебели. Вещи стояли на большом расстоянии друг от друга и, казалось, терялись в огромном пространстве: диван слишком далеко от журнального столика, протяни руку — не достанешь; большое кресло чересчур далеко от дивана, так что сидящим на них людям было бы неудобно вести беседу. На деревянном полу в центре комнаты темнело пятно, которое Чарли быстро обошла и направилась в кухню. В шкафчиках осталось всего несколько кастрюль, сковородок и тарелок. В детстве Чарли никогда не испытывала ни в чем недостатка, но теперь непомерная громадность дома казалась ей своеобразным извинением, как будто живший здесь человек, и без того потерявший так много, пытался дать дочери все, что только мог. Он всегда все делал с размахом.

Когда она была здесь в последний раз, в доме царила темнота и все казалось неправильным. Чарли отнесли на второй этаж, в ее комнату, хотя ей было семь лет, и она добралась бы туда быстрее на своих двоих. Но тетя Джен остановилась на крыльце, подхватила ее на руки и понесла, заслоняя ее лицо ладонью, точно Чарли — младенец, которому яркое солнце слепит глаза.

В комнате тетя Джен поставила Чарли на пол, закрыв за собой дверь. Тетя велела девочке собираться, и та заплакала, потому что все ее вещи не поместились бы в тот маленький чемодан.

«За остальными мы можем вернуться позже», — с плохо скрываемым нетерпением сказала тетя Джен, глядя, как Чарли нерешительно стоит перед комодом, не в силах решить, какую футболку взять с собой. За остальными вещами они так и не вернулись.

Чарли поднялась по лестнице и пошла в свою старую спальню. Дверь частично треснула, и открывая ее, Чарли испытывала острое чувство неуместности происходящего, боясь, что сейчас увидит саму себя, сидящую среди игрушек маленькую девочку, которая вот-вот поднимет глаза и спросит: «Ты кто?» Чарли вошла.

В ее комнате, как и во всем доме, все осталось на своих местах. Бледно-розовые стены, потолок с крутым уклоном, повторяющий форму крыши, тоже выкрашен в розоватый цвет. Старая детская кровать по-прежнему стоит у большого окна, матрас до сих пор на месте, а простыней нет. Оконная створка чуть-чуть приоткрыта, и полуистлевшие кружевные занавески легонько колышутся от дуновения ветерка. На полу под окном темнело пятно от воды — свидетельство многолетнего небрежения хозяев дома, позволивших дождю проникать внутрь. Чарли забралась на кровать и захлопнула окно. Створка подалась со скрипом, и Чарли, сделав шаг назад, снова оглядела комнату и творения своего отца.

Впервые оставшись в доме на ночь, Чарли боялась спать. Она не помнила саму ночь, но впоследствии отец часто о ней рассказывал, и история намертво отпечаталась в памяти. Чарли сидела в кровати и рыдала навзрыд, пока наконец не пришел отец. Он подхватил ее на руки и пообещал, что Чарли больше никогда не останется одна. На следующее утро, памятуя о данном слове, он взял Чарли за руку, повел в гараж и принялся за работу.

Первым его изобретением стал фиолетовый кролик, посеревший от многолетнего сидения на солнце. Отец назвал кролика Теодором. Ростом кролик был с трехлетнего ребенка — именно столько тогда было Чарли, — и у него был плюшевый мех, светящиеся глаза и щеголеватый красный галстук. Игрушка умела только махать лапой, наклонять набок голову и говорить голосом отца: «Я люблю тебя, Чарли». Впрочем, этого вполне хватило, чтобы из Теодора вышел отличный ночной сторож, составлявший девочке компанию, когда она не могла заснуть. Теперь Теодор сидел на белом плетеном стуле в дальнем конце комнаты. Чарли помахала ему рукой, но включать не стала, и кролик не помахал в ответ.

knizhnik.org


Смотрите также